Какие риски в условиях нынешнего кризиса наиболее значимы для Вашей организации?
Риск падения спроса.
Ценовые риски.
Риск ликвидности.
Кредитный риск.
Риск потери деловой репутации.
 

Мы пишем, о нас пишут

 

 


Интервью президента компании "Франклин&Грант" Константина Сенина агентству Прайм-ТАСС

В конце 2002 года на российском рынке появилась компания "Франклин&Грант", которая заявила о себе, как об активном участнике российского высокотехнологичного рынка финансового консалтинга и управления рисками. Суть подхода, исповедуемого сотрудниками компании - бизнес и экономику страны необходимо "проектировать и рассчитывать как самолет или ракету". О компании и планах развития рассказывает ее президент Константин Викторович Сенин.

Вопрос: Константин Викторович, расскажите о Вашей компании.

Ответ: Наша компания занимается разработкой и внедрением систем управления доходностью и риском, предназначенных для широкого круга корпоративных клиентов. Такого рода системы необходимы структурам государственного управления, предприятиям реального сектора экономики, банкам, инвестиционным и страховым компаниям. Мы обеспечиваем наших клиентов возможностью пользоваться всей мощью самых современных математических методов финансового инжиниринга для оптимизации различных сторон их бизнеса.

Вопрос: Почему интересна эта рыночная ниша?

Ответ: Глобализация рынков и их возрастающая волатильность, рост и обострение конкуренции на рынках ставят новые задачи перед людьми, принимающими решения, причем многократно возрастает сложность этих задач. Точность решений и их адаптивность к условиям постоянно изменяющегося экономического окружения становятся конкурентными преимуществами компаний. Точная информация и ее переработка для управления доходностью и рисками становится все более востребованной, нужны гибкие и расширяемые средства измерения и управления в условиях постоянно меняющейся бизнес-среды. Образно говоря, для успешного ведения бизнеса и управления экономикой необходимо формировать своего рода "цифровую нервную систему" предприятия, региона или отрасли. Этого можно достичь только при использовании достаточно сложных решений, основанных на математических моделях. Сегмент рынка консалтинга и программных систем для решения подобных задач в нашей стране еще только формируется, а так как сильными сторонами нашей команды являются различные методы математического моделирования, то мы рассчитываем на успех. Помимо этого наш коллектив обладает более чем 4-х летним опытом решения различных финансовых задач на американском фондовом рынке. Перечисленные мною факторы в целом и предопределили наш интерес к данной нише.

Вопрос: Как Вы считаете, почему предлагаемые вашей компанией решения необходимы российским клиентам?

Ответ: Перед тем, как ответить на поставленный Вами вопрос, стоит напомнить стандартную последовательность шагов, которую проходят как представители практически всех видов бизнеса, так и государственные чиновники, например, занимающиеся реформированием нашей страны, при выработке управленческих решений. Во-первых, у всех этих людей в наличии есть ограниченные ресурсы. Во-вторых, принимая решения, они всегда оперируют неопределенностью, которая связана с будущим. В-третьих, в задачу каждого из них входит оптимальное распределение ограниченных ресурсов между различными возможностями в будущем с целью получения максимального, по тому или иному критерию, результата.

Поясню сказанное простейшим примером. Известно, что любое производство, выпускающее, например, различные сорта конфет, вынуждено, предварительно оценив будущий спрос на конфеты разных сортов, распределить имеющиеся в наличии финансовые ресурсы для закупки нужного количества необходимых для производства ингредиентов. Давайте рассмотрим те проблемы, которые возникают при решении данной задачи и как в их решении может помочь математика. Во-первых, для того, чтобы что-то распределять в будущем, надо знать, каково это будущее, то есть спрогнозировать его. Обычно руководители пользуются качественными оценками того же, например, будущего спроса. Научный, математический прогноз отличается от таких оценок тем, что выражен некой количественной мерой. Помимо этого, в прогнозе обязательно тем или иным способом оценивается вероятность появления различных значений прогнозируемой переменной в будущем. Во-вторых, когда мы уже спрогнозировали спрос, непростой задачей является распределение имеющихся ресурсов для получения максимальной прибыли, особенно если существуют некие внешние ограничения на такое распределение. И для первой задачи - прогнозирования, и для второй - оптимального распределения ресурсов, математика может предложить эффективные решения. Приведенный мною простой пример иллюстрирует возможность формализации задач в бизнесе и общность такого подхода для их решения. Вместо конфет можно прогнозировать и оптимизировать производство не только различных товаров, но и услуг, в том числе - финансовых. Очевидно, что возможности "на глазок" спрогнозировать будущее и распределить ресурсы для производства более двух продуктов трудно. При увеличении количества прогнозируемых и оптимизируемых величин человеческий мозг проигрывает компьютерному расчету. Это дает нам основание для утверждения, что предлагаемые нами услуги необходимы и полезны российскому бизнесу.

Вопрос: Могли бы Вы расшифровать, в контексте приведенного примера, что понимается под риском и откуда появляется при использовании Ваших решений доходность?

Ответ: Риском, в приведенном мною примере, является степень несоответствия будущих значений спроса прогнозу. Если мы, выпуская, скажем, три сорта конфет, неточно определили спрос (например, недооценили его) на один из сортов, то в дальнейшем, пользуясь таким неточным прогнозом, закупили меньше чем нужно ингредиентов и выпустили меньше чем нужно продукции. Очевидно, что такой недоучет спроса в условиях растущей конкуренции не будет прощаться конкурентами. Одна, две, три ошибки и все, дальше можно уже ничего и не считать. Теперь о доходности. Во-первых, точный прогноз спроса уже сам по себе обеспечивает повышение доходности - имеющиеся ресурсы тратятся на то производство, которое обеспечено спросом. Во-вторых, это приводит у росту оборачиваемости капитала, так как товар не залеживается на складах. В третьих, оптимизация распределения ресурсов между разными продуктовыми ветвями так же дает повышение доходности.

Вопрос: Могли бы Вы привести практические примеры использования систем управления доходностью и рисками?

Ответ: Пожалуйста, но, думаю, примеры будут показательней, если они будут отрицательными в смысле иллюстрации отсутствия управления доходностью и риском. Известно, что осенью прошлого года были введены повышенные ввозные пошлины на иномарки старше 7 лет. Предлог, как всегда, был убедительным - защита отечественных производителей. Пошлины повысили, а вот вовремя оптимизировать перераспределение товарно-денежных потоков не смогли. Средства продолжали тратиться на производство, а не на сервис и обслуживание. Результат был хорошо виден в конце года - остановленные конвейеры и огромные площади, заставленные не распроданными отечественными легковушками. Еще один пример - спад в туристическом бизнесе на традиционных летних маршрутах летом 2002 года. Прогнозировался бум, каждый из участников рынка весь бум решил "приписать" себе, просчитался (вернее, просто не считал, а действовал "на глазок", "как всегда"), а в результате все обернулось немалыми потерями для турбизнеса. Еще один яркий пример - проблемы с производством зерна. Прошлой осенью агрорынок гудел, требуя интервенций для срочной скупки зерна. В результате отсутствия какого-либо прогноза село потеряло огромные суммы, так как зерно скупалось у производителей по дешевке.

К сожалению, количество таких примеров можно множить. Пожалуй, самым ярким и значимым для всех нас является неспешно идущие в стране реформы, когда экономика не может нащупать траекторию устойчивого развития уже второе десятилетие подряд, и это притом, что последние годы страна должна была воспользоваться благоприятной конъюнктурой на сырьевом рынке, но, увы, этого не случилось. Идут лишь разговоры о недопустимости сырьевой зависимости экономики при сохранении структурных перекосов в ней, что является едва ли не самым большим фактором риска для страны в целом. Из того же ряда дискуссии по поводу налоговой реформы и споры о 2% снижении налогового бремени, когда ни одна из сторон не подкрепляет свою аргументацию расчетами. "Сценарии" последствий от снижения ставок не могут приниматься как расчеты, так как не называются значения вероятностей реализации этих сценариев, а каждая из спорящих сторон использует "родной" сценарий как "страшилку" для "противника". В тот же ряд можно поставить "дискуссию" о тарифах при реформировании электроэнергетики или ЖКХ. Много эмоций и мало рассчитанных оценок. Продолжается "коммунистическая" традиция экспериментов на населении страны. Последствия, к сожалению, могут больно ударить по всем нам.

Вопрос: Какого рода услуги еще оказывает Ваша компания, помимо решений по управлению доходностью и риском?

Ответ: Как показывают примеры, приведенные мной в предыдущем ответе, наши хозяйствующие субъекты пока не очень хорошо, судя по результатам, справляются с рисками. Мы считаем, что причина этого кроется, в том числе, и в отсутствии в бизнес-сообществе достаточного количества менеджеров, владеющих методами финансового инжиниринга и риск-менеджмента. Поэтому, мы предлагаем курсы для ознакомления менеджеров с этой важной дисциплиной. В частности, в мае сотрудники нашей компании будут читать такой курс в АНХ при правительстве РФ для банковских менеджеров. Для лучшего понимания проблем нашими клиентами мы проводим комплексные аналитические исследования, посвященные различным аспектам функционирования их компаний. Эти исследования могут включать в себя, помимо моделей, описывающих функционирование компаний и их непосредственного окружения, еще и модели отраслей нашей экономики или модели регионов. Такая работа дает возможность нашим клиентам лучше понять проблему, а, как известно, правильная постановка задачи обеспечивает львиную долю успеха в ее решении.

Вопрос: Могли бы Вы привести примеры задач, решаемых Вашей компанией для различных сегментов отечественного бизнеса?

Ответ: Создаваемые нами системы по управлению доходностью и риском ориентированы на решение множества задач. Кратко, далеко не полный их список, можно изложить следующим образом:

  • для органов госуправления востребованы методы моделирования отраслей и регионов с оценкой их доходности и рисков, в частности, например, при расчете инвестиционных программ;
  • для предприятий реального сектора пригодится моделирование их деятельности и оптимизация стратегий развития в изменчивой окружающей экономической среде.
  • для инвестиционных или управляющих компаний интересны наши решения по реализации стратегий игры на фондовом рынке;
  • для банков полезно моделирование и управление кредитным портфелем с возможностью учета различных типов рисков, что улучшит качество кредитных портфелей;

Тем, что я перечислил выше, список возможных задач не исчерпывается. Именно в силу множественности возможных путей оптимизации бизнеса наша компания исповедует индивидуальный подход к каждому клиенту и не предлагает какого-то одного математического или программного решения всем клиентам. Задачи такой логической сложности пока не могут быть помещены в шаблоны "коробочного софта". Каждая задача требует своей точной настройки под конкретного клиента.

Вопрос: Вы упомянули об экономических проблемах, стоящих перед страной в связи с реформированием естественных монополий, реформированием экономики страны в целом. Могли бы Вы оценить потенциальную полезность Ваших и аналогичных им методов для решения этих проблем, в частности целого ряда реформ, обсуждаемых в данный момент?

Ответ: Мне представляется, что ответ на этот вопрос должен быть практически очевиден для любого человека - он положителен. Ведь что нужно для реализации любой реформы (переделки чего-то, ранее существовавшего)? Необходим "диагноз" - где мы "находимся" в данный момент или каково состояние экономики?; необходима цель - чем характеризуется состояние экономики, к которому мы хотим перейти?; и необходимы различные сценарии осуществления такого перехода с возможностью промежуточной оценки качества перехода (контрольные точки) и вероятностной (численной) оценкой рисков на пути к намеченной цели. Говоря коротко, нужен посчитанный, подчеркиваю это определение, проект любых преобразований. В силу параллельности проведения множества преобразований необходима и их взаимная согласованность. Относительно невысокая эффективность наших преобразований, характеризующаяся явно неустойчивым, хотя бы в силу нефтяной зависимости, ростом экономики с одной стороны и разноголосица в дискуссиях не только между обществом и властью, что нормально, но и внутри правительства, осуществляющего реформы, наводит на мысль, что такого, рассчитанного проекта нет. Естественно, его отсутствие не может не удивлять. Тем более, что на факт отсутствия такого "плана" обращает внимание уже и крупный российский бизнес. В частности, в марте на круглом столе "Стратегия России", глава компании "Базовый Элемент" г-н Дерипаска указал, на мой взгляд, абсолютно верно, одни из важнейших проблем нашей экономики - борьба с бедностью и борьба с "административным капиталом". Он же, давая интервью в первом майском номере журнала "Эксперт" опять обращал внимание на те же проблемы в экономике. На прошедшем в начале апреля в Лондоне русском экономическом форуме и другие представители крупного бизнеса ставили диагнозы различным сторонам нашей экономики. Дававший интервью в одном из последних предпраздничных выпусков журнала "Эксперт", глава комитета РСПП по промышленной политике г-н Евтушенков говорил недопустимости сохранения нефтяной зависимости и необходимости развивать высокотехнологичные отрасли национальной экономики. К сожалению, эти примеры иллюстрируют только постановку "диагноза"; до рецептов лечения (как сделать так, что бы огромные пространства не были заставлены нереализованной продукцией или чтобы страна продавала в основном не сырье, а хайтек) дело так и не доходит. Обращу внимание, что эта практическая "беспомощность" находит свое выражение даже в используемых формулировках. В социалистическую эру мы боролись за урожай, за перевыполнение плана, а теперь мы боремся с "бедностью". Подчеркну, не управляем процессом, а боремся; с инфляцией, бедностью, проблемами отсутствия роста, плохой структурой экономики, неудовлетворительной динамикой развития хайтека и т.д. Для перехода от состояния "борьбы" к "управлению" упомянутыми процессами и явлениями нужно совсем "немного" - посчитанный проект, позволяющий реально управлять процессом реформирования. То есть выдвигать гипотезы, что если мы делаем то-то и то-то, то в экономике будут такие последствия и проверять, оправдываются ли наши предположения. Успешность такого подхода доказана нашей историей, в которой было по крайней мере два мегапроекта - военный атом и средства ракетной техники, успешность реализации которых в определяющей степени зависела от правильности научных гипотез и точности инженерных расчетов. Неужели "проект" построения экономики России легче, чем те проекты, о которых я упомянул? Поэтому отвечу на Ваш вопрос лозунгом: успешность российского бизнеса, как и успешность нашей экономики, в целом, может быть обеспечена только точным, математическим проектированием и бизнеса и экономики.

Вопрос: Если уж мы заговорили об экономике в целом, не рискнете ли Вы сделать прогноз по ценам на нефть после успокоения ситуации в Ираке?

Ответ: Гадать не хочу, так как мы занимаемся расчетами, а не гаданием. Правда причина моего отказа отлична от той, на которую сослался в недавнем телеинтервью министр финансов г-н Кудрин, сказав, что такие прогнозы никогда не сбываются. Мы своей работой пытаемся показать и доказать бизнес-сообществу России, что экономические явления часто предсказуемы. Отвечая на ваш вопрос, могу лишь сказать, что для ответа с числами, как я уже говорил, необходима еще и оценка вероятности тех или иных цен на нефть. Готового ответа у меня нет, но мы с моими коллегами занимаемся разработкой ряда подходов, которые могут помочь при подготовке ответов на такие значимые для страны вопросы. В частности, коротко остановлюсь на двух основных. Первый из них опирается на имеющуюся в стране отраслевую структуру, наработанные связи в нефтяной торговле и структуру мирового нефтепотребления. Говоря другими словами, мы разрабатываем систему отраслевых математических моделей, погруженных в модель экономики страны и мировой экономики. Второй подход можно назвать статистическим. Он основан на текстовом процессинге, перерабатывающем новостной поток, в котором специальными алгоритмами обнаруживаются новости, имеющие устойчивую связь с динамикой мировых цен на нефть. Факт обнаружение такой устойчивой связи и типологизация таких связей позволит нам по новостному потоку предсказывать будущие ценовые движения. Надеюсь, что когда эти работы будут завершены, я или кто-то из моих коллег обязательно ответит на Ваш вопрос. Уверенность, с которой я об этом говорю, основывается на осознании факта предсказуемости, в большинстве случаев, рыночной динамики различных показателей. Если мы научились предсказывать динамику цен акций, то почему бы не предсказывать и цены на нефть?

19.05.2003, ПРАЙМ-ТАСС

 


Аннотации | Наверх




e-mail : info@franklin-grant.ru
Задать вопрос OnLine

Site design by MIRRON.com (C) 2002 www.mirron.com  
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
«Франклин&Грант» 2002-2016 All rights reserved (C) 2002-2016 Franklin Grant

Любое использование материалов Интернет ресурса www.franklin-grant.ru допускается только с разрешения
правообладателя - ООО «Франклин&Грант. Риск Консалтинг».


Замечания и пожелания присылайте по адресу
Все права защищены© 2002 – 2016 ООО «Франклин&Грант. Риск Консалтинг»

 

EduNow.su Образовательный портал